Биокосмисты из Костромы
![]() |
Крусанов А. Русский авангард: 1907-1932 (Исторический обзор). В 3 т. Т. 2. Футуристическая революция (1917-1921). М.: Новое литературное обозрение, 2003. – 1500 экз. (п) ISBN 5-86793-246-Х Кн. 1 – 808 с. ISBN 5-86793-218-4 Кн. 2 – 608 с. ISBN 5-86793-217-6 |
Выход второго тома этого исследования можно, без преувеличения, назвать выдающимся событием. Первый том, посвященный «боевому десятилетию» русского авангарда (1907–1917), был издан тем же «Новым литературным обозрением» в 1996 году, несколько меньшим тиражом и в бумажной обложке. Долгожданный второй том предстает в виде двух толстых крупноформатных книг в твердом переплете. Помимо всего прочего, это говорит и об изменении отношения к изучению авангарда: из увлечения не слишком многочисленных энтузиастов эта историко-культурная область стала солидным академическим занятием. Новоопубликованная часть крусановской монографии описывает тот недолгий период существования левого искусства в России, когда авангардные художники «пришли во власть» или, по крайней мере, приобрели более или менее официальный статус. Отсюда – в первой книге, посвященной левому искусству в обеих столицах, – раздел, в котором дан подробный обзор агитационной, пропагандистской, лекционной деятельности художников-авангардистов. В другом разделе – описание функционирования разного рода московских и петроградских художественных кружков и объединений: эго-олимписты, биокосмисты, ничевоки, заумники, беспредметники, презантисты... Естественным образом, наибольшее внимание уделено самым влиятельным авангардным группам этого времени – имажинистам и футуристам. Очень верное решение автора – поместить в контекст повествования о литературно-художественной жизни того времени главы
о двух левых теоретико-гуманитарных объединениях – ОПОЯЗ`е и МЛК (Московском лингвистическом кружке). В отдельных разделах описывается левое движение в театральном искусстве и музыке.
Если столичная жизнь авангардного искусства в ту эпоху, в общем, в той или иной степени уже известна рядовому исследователю (хотя крусановский масштаб использования источников беспрецедентен), то бытование авангардного искусства в провинции оставалось доселе белым пятном (за немногими исключениями, такими, как работы Татьяны Никольской о русско-грузинских авангардистских литературных связях и Александры Шатских о «витебском ренессансе» начала 1920-х годов). Тем более ценна вторая книга второго тома, почти полностью посвященная этой теме. Крусанов, по сути дела, предлагает энциклопедию пред– и пореволюционной левой культурной жизни во всей бывшей Российской империи. При этом, по сути дела, переплетаются два метасюжета: творческая деятельность выдающихся представителей авангардного искусства за пределами столиц (там описываются гастроли, турне и просто частные поездки по России Игоря Северянина, Василия Каменского, Георгия Шенгели, Давида Бурлюка...) и жизнь авангарда на местах, активность местных эпигонов левого искусства. Последний метасюжет необыкновенно любопытен: из небытия извлекаются имена, тексты, художественные платформы, казалось бы, обреченные на безвестность. При этом можно представить, какую кропотливую, фантастическую работу пришлось проделать Крусанову, чтобы добыть хотя бы минимум сведений о деятельности левых художников на необъятном пространстве – от Костромы до Баку, от Одессы до Читы.
Завершающий раздел книги описывает переломную ситуацию – вытеснение левых из художественного истеблишмента, устранение авангарда из структур руководства искусством. «Однако и в изменившихся условиях, – подчеркивает Крусанов, – авангардистское движение продолжало существовать и развиваться, отстаивая свою идейно-художественную самостоятельность». Эти новые условия станут материалом для завершающего тома крусановского обзора, который нам и остается с нетерпением ожидать.